10 книг, опубликованных, но не законченных

Подборки книг

1. “Америка”, Франц Кафка

Юный эмигрант из Европы Карл Россман отправляется в Нью-Йорк и попадает в место, абсолютно неведомое и не-обычное, в страну, где открываются бесконечные возможности и где в то же время можно сгинуть в безвестности. История поиска лучшей жизни оборачивается изображением одиночества и трагического бессилия человека в его столкновении с абсурдностью современного мира. Первый роман Франца Кафки “Пропавший без вести” известен также под названием “Америка”, данным ему издателями. Так же, как и роман “Замок”, остался неоконченным.

2. “Бувар и Пекюше”, Гюстав Флобер

В жаркий полдень на парижском бульваре встретились и разговорились два немолодых господина – Бувар и Пекюше. Оказалось, что оба они переписывают бумага в кон-юре, а все свободное время посвящают “научным штудиям”. О дружбе с первого взгляда, об этих забавных чудаках, бескорыстно и без малейшей взаимности влюбленных в науку, о человеческой глупости и ее неповторимом очаровании и рассказывается в этом романе Гюстава Флобера. Почти шесть лет жизни великий французский писатель посвятил этому роману, так и оставшемуся незаконченным.

3. “Заговор Тома Сойера”, Марк Твен

Читатель встречается со старыми знакомыми – героями знаменитых произведений Марка Твена – фантазером и непоседой Томом Сойером, честным малым Геком Финном и добряком Джимом. На этот раз Том предлагает друзьям устроить самый настоящий заговор – с масками, переодеваниями, секретными сигналами и тайными собраниями. Однако события развиваются неожиданно для героев, и вместо заговора им приходится расследовать убийство…

4. “Замок”, Франц Кафка

В заснеженную деревню приезжает человек по имени К. Деревня расположена на подступах к загадочному Замку, владелец которого пригласил К. на должность землемера. К. устраивается на ночлег на постоялом дворе, но его будят среди ночи с требованием покинуть деревню, так как она является территорией Замка, а в Замке нельзя находиться без специального разрешения.

5. “Записки покойника”, Михаил Булгаков

Другие названия: Театральный роман В Театральном романе Булгаков выступает противником системы К. С. Станиславского и неслучайно называет соответствующего героя Иваном Васильевичем, по аналогии с первым русским царем Иваном Васильевичем Грозным (1530-1584), подчеркивая деспотизм основателя Художественного театра по отношению к актерам (да и к драматургу). В конце Театрального романа Максудов излагает результаты своей проверки теории Ивана Васильевича (фактически — Станиславского), согласно которой любой актер путем специальных упражнений «мог получить дар перевоплощения» и действительно заставить зрителей забыть, что перед ними не жизнь, а театр. Несомненно, дальше в романе должно было последовать опровержение теории Ивана Васильевича, ибо в тех спектаклях, которые видел Максудов, во-первых, многие актеры играли плохо и иллюзии действительности создать не могли, а во-вторых, грань между сценой и жизнью непреодолима, и это должно было выразиться в комической реакции зрителей. На репетиции, изображенной в Театральном романе, автор убеждается, что теория Ивана Васильевича к его пьесе и вообще к реальному театру неприменима: «Зловещие подозрения начали закрадываться в душу уже к концу первой недели. К концу второй я уже знал, что для моей пьесы эта теория не приложима, по-видимому. Патрикеев не только не стал лучше подносить букет, писать письмо или объясняться в любви. Нет! Он стал каким-то принужденным и сухим и вовсе не смешным. А самое главное, внезапно заболел насморком». Вскоре заболели насморком и сбежали от опостылевших упражнений Ивана Васильевича и другие актеры. Булгаков хорошо знал, что актерский дар — от Бога. И дал это понимание своему Максудову, в горящем мозгу которого после судорожных выкриков: «Я новый… я новый! Я неизбежный, я пришел!» укрепляется мысль, что махающая кружевным платочком Людмила Сильвестровна Пряхина играть не может, «и никакая теория ничего не поможет! А вот там маленький, курносый, чиновничка играет, руки у него белые, голос сиплый, но теория ему не нужна, и этот, играющий убийцу в черных перчатках… не нужна ему теория!». Писатель в Театральном романе спорит с идеей, что можно «играть так, чтобы зритель забыл, что перед ним сцена», и в то же время заставляет Максудова, переступающего порог Театра, не помнить, что перед ним всего лишь иллюзия действительности.

6. “Кентерберийские рассказы”, Джеффри Чосер

Процессия, пересекающая страницы книги Чосера, полна подлинной жизни, подобна декоративно украшенному средневековому гобелену. Рыцарь, монах, сквайр, настоятельница, пахарь и многие другие персонажи – в том числе и сам Чосер – реальные люди, с человеческими эмоциями и слабостями.
Когда уточняешь, что Чосер написал свои занимательные рассказы на английском языке во время Столетней войны, когда латынь была господствующим языком по всей Западной Европе, Величина его гения становится еще более значительной. Но гений Чосера не нуждается в исторической ретроспективе, он прорывается буквально с каждой страницы «Кентерберийских рассказов».
Если верить прологу, предполагалось, что каждый паломник, следующий в Кентербери, по пути туда, должен рассказать две истории и еще две истории на обратном пути.
Чосер так и не закончил свой огромный труд, а законченные истории не были расставлены в необходимом порядке. Книгопечатания тогда еще не существовало и до наших дней это произведение дошло в виде рукописных манускриптов.

7. “Кристина”, Стефан Цвейг

Первоначально он назывался “Хмель преображения”, и неспроста: скромная девушка из австрийской провинции, словно Золушка, получает приглашение заокеанской тетушки-феи и отправляется на роскошный швейцарский курорт. Но прекрасная сказка может закончиться в любой момент…

8. “Люсьен Левен”, Фредерик Стендаль

Люсьен исключен из Политехнической школы за симпатию к республиканцам и участие в беспорядках 1834 года. Его отец, состоятельный парижский банкир, отправляет Люсьена в уланский полк, квартирующий в Нанси, где юноша вскоре дослужился до звания лейтенанта.
Пытаясь скрасить досуг в провинциальном городке, Люсьен посещает салоны местной знати, отличающейся ультраконсервативными монархическими взглядами. Встретив там молодую вдову, мадам Батильду де Шастеле. Их взгляды и разность социального происхождения идут наперекор разгорающейся страсти. Окружение госпожи де Шастеле пойдет на все, чтобы разлучить влюбленных. Отец Люсьена готов предложить сыну выгодную должность в министерстве внутренних дел. Разлука влюбленных предрешена.

9. “Мёртвые души”, Н.В. Гоголь

Некий Чичиков, выдающий себя за помещика, приезжает в некий город “N” и объезжает окрестные поместья с целью скупить так называемые мертвые души. Т.е умерших крестьян, которые еще числятся живыми.. И тут начинается самое интересное.

10. “Острова в океане”, Эрнест Хемингуэй

Трагическая история жизни и гибели меланхоличного отшельника художника-мариниста Томаса Хадсона и его сыновей.
Искренняя и правдивая книга об одиночестве и отчаянии, самоотверженности и отваге, поиске выхода из тупика и нравственном долге перед собой и окружающими.

 

 

Оцените статью
Все о книгах