10 книг о Великой Отечественной Войне

Подборки книг

1. На мирно спящих аэродромах… 22 июня 1941 года. Марк Солонин

В своей новой работе историк Марк Солонин продолжает начатое в предыдущей сенсационной книге “22 июня, или Когда началась Великая Отечественная война?” исследование реальной картины событий лета 1941 года.
Что в действительности произошло на приграничных аэродромах утром 22 июня?
Была ли советская авиация разгромлена в самом начале войны?
Могли ли “фанерные” И-16 противостоять самолетам Люфтваффе?
Почему застрелился командующий ВВС Западного фронта?
Что скрывается за докладами об “абсолютном господстве в воздухе” немецкой авиации?
Эти и многие другие вопросы автор разбирает одновременно с позиций авиационного инженера и скрупулезного историка-исследователя.

2. Государство Фюрера. Национал-социалисты у власти. Германия, 1933-1945. Норберт Фрай

Книга немецкого историка Н.Фрая представляет собой классическое исследование политической, социальной, экономической и культурной истории Третьего рейха. Автор выделяет три фазы внутреннего развития “государства фюрера”: фазу формирования, завершившуюся так называемым путчем Рема, фазу консолидации, когда в Германии достиг расцвета “миф о фюрере” и отчасти стало реальностью пропагандировавшееся нацистами “народное сообщество”, и, наконец, фазу жесткой радикализации после начала Второй мировой войны.
Книга предназначена для специалистов по новейшей истории Германии, преподавателей, студентов и всех читателей, интересующихся немецкой историей XX века.

3. Штрафбаты и заградотряды Красной Армии. Владимир Дайнес

Созданные еще в годы братоубийственной Гражданской войны, эти части стали по-настоящему массовым явлением во время Великой Отечественной, когда счет штрафников шел на десятки тысяч. Их боевое применение до сих пор остается одной из самых темных, спорных и малоизученных страниц истории – пожалуй, ни одна другая тема не породила столько мифов, не обросла таким количеством слухов и легенд: “смертники из штрафбатов”, “заградотряды, стреляющие по своим”, “поля, усеянные трупами” и т.д. и т.п.
Это фундаментальное исследование, основанное на недавно рассекреченных архивных материалах и многочисленных свидетельствах ветеранов, ставит точку в данном вопросе, развенчивая спекулятивные мифы о штрафбатах и заградотрядах Красной Армии и восстанавливая подлинную картину их создания, пополнения и боевого применения на всех фронтах Великой Отечественной войны.

4. Оккупация. Правда и мифы. Борис Соколов

Мы привыкли к традиционным образам народных мстителей, презренных предателей и фашистских захватчиков, творящих немыслимые зверства на оккупированной в годы Великой Отечественной войны территории Советского Союза. Но какими были эти люди на самом деле? Как жили, боролись и умирали в то страшное время? Автор рассказывает о трагедии войны и оккупации на основе новых архивных документов и отвечает на многие вопросы, которые историки прежде обходили пристальным вниманием.

5. Сталин. Осень императора. Александр Бушков

В этой книге А.Бушков продолжает исследовать личность Сталина на закате его политической карьеры. Правда о Великой Отечественной войне, реальный вклад руководителей страны и верхушки армии в победу над фашизмом, а также закулисные интриги в окружении вождя стали предметом его непредвзятого анализа. В отношении маршала Жукова и тех, кому “красный император” оставил свой трон, автор беспощадно прямолинеен.

6. Звезда. Избранное. Эммануил Казакевич

Эммануил Казакевич принадлежит к тому поколению советских писателей, которое с оружием в руках защищало родную землю в годы Великой отечественной войны. Он прошел путь от рядового разведчика до начальника разведки дивизии и капитана. В январе 1947 года в журнале “Знамя” появилась небольшая военная повесть “Звезда“. Эта повесть, рассказывающая о самоотверженном подвиге группы разведчиков, всколыхнула советскую литературу и принесла автору широкую известность. По словам К. Симонова, “”Звезда” была и осталась одной из лучших книг о великой грозной войне. Она была трагична, потому что трагична была война; она была полна любви к людям войны и глубокой веры в них. Иначе и не могло быть, потому что Казакевич любил этих людей, знал их, дошел в их рядах до Берлина”. Полные драматизма военные повести Э. Казакевича, – и в их числе включенные в настоящее издание “Двое в степи” и “Сердце друга”, – до сих пор любимы читателями, они переведены на иностранные языки и неоднократно экранизировались.

7. Мы не увидимся с тобой… Константин Михайлович Симонов

Известный поэт и писатель Константин Симонов начинал литературный путь с поэтических произведений, за которыми последовали пьесы, повести, а за ними уже и романы. Учился Симонов на военного корреспондента, в годы войны служил по профессии, потому не понаслышке знал военные будни. Так у него родилась идея написания книги «о жизни военного корреспондента и о людях войны, увиденных его глазами». Идея нашла воплощение в романе «Так называемая личная жизнь», состоящем из трех повестей: «Четыре шага», «Двадцать дней без войны» и «Мы не увидимся с тобой».

8. 22 июня. Анатомия катастрофы. Марк Солонин

Главная книга ведущего военного историка, перевернувшая все прежние представления о трагедии 1941 года.
Новый взгляд на Великую Отечественную катастрофу. Опровержение самых расхожих мифов о начале войны. Вся правда о несостоятельности сталинского командования и крахе советской стратегии. Глубокий анализ причин сокрушительного разгрома Красной Армии.
“Марк Солонин совершил научный подвиг, и то, что он делает, – это золотой кирпич в фундамент той истории войны, которая когда-то будет написана…”
Виктор Суворов

9. Повесть о Зое и Шуре. Любовь Тимофеевна Космодемьянская

Апрель 1949 года. Огромный зал Плейель в Париже. Конгресс защитников
мира. Флаги всех наций украшают трибуну, и за каждым флагом – пароды и
страны, человеческие надежды и человеческие судьбы.
Алый флаг нашей страны. На нем – серп и молот, символ мирного труда,
нерушимого союза между теми, кто работает, строит, созидает.
Мы, члены советской делегации, все время ощущаем, что нас окружает
горячая любовь участников конгресса. Нас встречают так сердечно, нас
приветствуют так радостно! И каждый взгляд, каждое рукопожатие словно
говорит: “Мы верим в вас. Мы надеемся на вас. Мы никогда не забудем того,
что вы сделали…”
Как велик мир! Это с особенной, поражающей силой чувствуешь здесь, в
просторном, высоком зале, глядя на белые, желтые, оливково-смуглые лица,
лица всех цветов и оттенков – от молочно-белого до черного. Две тысячи
человек со всех концов земли собрались сюда, чтобы от имени народа сказать
свое слово в защиту мира, в защиту демократии и счастья.
Я смотрю в зал. Тут много женщин. На их лицах страстное, неотступное
внимание. Да и может ли быть иначе! Призыв к миру несется поистине со всех
концов земли, и в нем – надежда всех жен и матерей.
Сколько услышала я здесь рассказов о людях, которые пожертвовали жизнью
для того, чтобы победить фашизм, чтобы минувшая война закончилась победой
света над тьмой, благородного над подлым, человеческого над бесчеловечным!
И я думаю: неужели кровь наших детей пролилась напрасно? Неужели мир,
добытый ценою жизни наших детей, ценою наших слез – слез матерей, вдов и
сирот, – будет вновь нарушен по воле злобных и гнусных сил?
На трибуну конгресса поднимается наш делегат – Герой Советского Союза
Алексей Маресьев. Его встречают бурей аплодисментов. Для всех присутствующих
Алексей Маресьев олицетворяет русский народ, его мужество и стойкость, его
беззаветную отвагу и выдержку.
– Каждый человек должен спросить себя: “Что я делаю сегодня в защиту
мира?” – несутся в зал слова Алексея Маресьева. – Нет сейчас более почетной,
более благородной, более высокой цели, чем борьба за мир. Это обязанность
каждого человека…
Я слушаю его и спрашиваю себя: что же я могу сделать сегодня для дела
мира? И отвечаю себе: да, я тоже могу вложить свою долю в это великое дело.
Я расскажу о своих детях. О детях, которые родились и росли для счастья, для
радости, для мирного труда – и погибли в борьбе с фашизмом, защищая труд и
счастье, свободу и независимость своего народа. Да, я расскажу о них…

10. Жила, была. Илья Миксон

«…Посреди зала стоит обычная витрина, музейная. На одной половине – боевые ордена и документы павшего молодого воина, на другой – раскрытый блокнотик. Скромный, небольшой – в развороте, и то на ладони поместится, с синими карандашными строчками. Краткая, как блокнотная запись, табличка: Дневник Тани Савичевой… Сорок одна строка, написанная девочкой-школьницей, вместила в себя трагедию великого блокадного города. Автор книги «Жила, была» Илья Львович Миксон (Миксон И. Л. Жила, была: историческое повествование / И. Л. Миксон, оформление и рис. А. и В. Траугот. – Л. : Дет. лит., 1991. – 223 с.: ил.) так рассказывает о том, что заставило его написать об этой школьнице: «Блокадный дневник девочки до сих пор волнует людей, обжег и мое сердце… Я решил рассказать о былом и отправился по следам горя, безмерных страданий, безвозвратных потерь. Но отыскались родственники, семейные фотографии, архивные бумаги, нашлись свидетели… Никому не дано творить чудеса, ничто не изменить, не исправить в прошлом, но можно и должно предупредить и оградить будущее. Я расскажу, обязан рассказать».

Оцените статью
Все о книгах