10 исторических романов

Подборки книг

1. Мэгги О`Фаррелл: Хамнет

В 1580-х годах в Англии, во время эпидемии чумы, молодой учитель латыни влюбляется в необыкновенную эксцентричную девушку. Так начинается новый роман Мэгги О’Фаррелл, ставший одним из самых ожидаемых релизов года.
Это свежий и необычный взгляд на жизнь Уильяма Шекспира и на создание одной из самых известных в мире пьес – “Гамлета”.
Так был ли писатель? И что его вдохновляло?

2. Виктор Астафьев: Прокляты и убиты

Пережитое на войне, война, какой видел ее Виктор Астафьев на передовой, стали центральной темой творчества писателя. Роман “Прокляты и убиты” он наполнил невероятной энергией, энергией сопротивления безвременной смерти. Именно этим романом Астафьев подвел итог своим размышлениям о войне как о “преступлении против разума”.

3. Кристиан Беркель: Яблоневое дерево

Берлин, 30-е гг. ХХ века
Сала и Отто, молодые люди из разных слоев общества, влюбляются друг в друга. Сала – девушка из богемной еврейской семьи. Отто – простой парень из рабочего класса.
С началом Второй мировой войны их пути расходятся. Сала, в страхе за свою жизнь, уезжает из Германии, а Отто становится врачом Вермахта, и вскоре его призывают на войну.
Обоих ждет плен, годы скитаний и одна неожиданная встреча, которая перевернет всю их прежнюю жизнь.

4. Александр Тамоников: Морозный ветер атаки

Ноябрь 1941 года. Враг наступает, Красная армия из последних сил сдерживает натиск вермахта у самых стен Москвы. В числе защитников города – взвод фронтовой разведки лейтенанта Глеба Шубина. Им приказано проникнуть в расположение противника и выяснить, где сосредоточены танковые колонны немцев. Разведчики выполняют задачу, но на обратном пути неожиданно узнают, что все обнаруженные ими приготовления фашистов – хитрая уловка. Главный удар по нашим позициям будет нанесен совсем не там, где его ожидают. Чтобы сообщить об этом командованию, у Шубина есть всего несколько часов…

5. Маттео Струкул: Семь престолов

Италия, XV век. Герцог Миланский Филиппо Мария, последний из рода Висконти, за неимением наследников мужского пола делает ставку на свою незаконнорожденную дочь Бьянку Марию, а сам тем временем затевает безумные заговоры, преследуемый завистью к мнимым и действительным соперникам. Семейство Кондульмер, умело плетя собственные интриги, возводит на папский престол своего ставленника, венецианца Евгения IV, однако их ждет месть враждебного рода Колонна. А поскольку на юге Италии набирает силу кровопролитная схватка анжуйцев и арагонцев, судьбу полуострова все больше окутывает неопределенность. Кто из семи властителей окажется сильнее других?

6. Анита Диамант: Красный шатер

Роман Аниты Диамант рассказывает о жизни библейской героини по имени Дина. Единственная дочь Иакова на страницах произведе­ния обретает голос, убедительно доказывая, что не мужчины, а именно жены и дочери Иакова, собиравшиеся вместе в Красном шатре, чтобы готовить еду, рожать, воспитывать детей, а также передавать друг другу древние знания, и были истинными вершителями судеб.
Авторский взгляд на древнюю историю в чем-то оказывается очень современным, а в чем-то – весьма необычным, но от этого еще более привлекательным.

7. Татьяна Соломатина: Община Св. Георгия. Роман-сериал

Российская империя. Завершилась революция 1905 года, Русско-японская война окончилась заключением позорного Портсмутского договора. Доктор медицины княгиня Вера Данзайр вернулась с фронта русско-японской кампании. Александр Белозерский, единственный наследник “императора кондитеров”, служит ординатором сверх штата университетской клиники “Община Св. Георгия”. Она старше его на десять лет и на целую жизнь.
История любви, история русской медицины, история России. История любви к России. История чести и долга. История о том, как оставаться человеком. Всегда всего лишь оставаться настоящим человеком.
Начало истории двадцатого века.

8. Пегги Херринг: Анна среди индейцев

Осень 1808 года. Российское торговое судно “Святой Николай”, плывущее вдоль тихоокеанского побережья Северной Америки, садится на мель у берегов полуострова Олимпик, и русские мореплаватели оказываются в неизведанном краю, населенном чуждыми им племенами. После тягостных скитаний и стычек с индейцами команда корабля, в том числе и молодая жена капитана Анна, от имени которой ведется повествование, в конце концов попадает в плен. Познакомившись ближе с нравами и обычаями индейцев, восемнадцатилетняя Анна обнаруживает, что люди, которых она считала варварами, вовсе не такие…
Взяв за основу реальное событие, Пегги Херринг пытается представить, какие чувства могла испытывать образованная женщина начала XIX века, столкнувшись с самобытным миром коренных жителей Америки.

9. Борис Васильев: А зори здесь тихие…

Пять совсем еще юных девушек-зенитчиц под руководством старшины вступают в неравный бой с отрядом немецких диверсантов. Об этом великом, однако не попавшем в сводки военных событий подвиге повесть “А зори здесь тихие…” – шедевр русской “военной прозы”, одно из самых проникновенных и трагических произведений о Великой Отечественной войне.
Действие повести “Завтра была война” происходит накануне Великой Отечественной войны. Это история о школьниках, их взрослении, первом нравственном выборе и противостоянии, история о выпускниках, которым совсем скоро предстоит взять в руки оружие и отправиться на фронт – защищать Родину.

10. Борис Полевой: Повесть о настоящем человеке

Сюжет “Повести о настоящем человеке” основан на реальных событиях, произошедших с летчиком Алексеем Маресьевым во время Великой Отечественной войны (в фамилии своего героя писатель изменил одну букву). Самолет Маресьева, расстрелявший весь боекомплект, взяла в клещи четверка вражеских истребителей и решила вести на свой аэродром. Неожиданным маневром летчик попытался вырваться из клещей, но пулеметная очередь все же достала двигатель. Маресьев изо всех сил тянул теряющий высоту самолет к своей территории, пока не врезался в верхушки деревьев… Летчик получил тяжелейшее ранение, но все же неистово полз к своим; на девятнадцатые сутки, голодного, обмороженного, его нашли дети партизан. Потом – госпиталь, ампутация обеих ног… Но через полтора года Маресьев вновь сел за штурвал самолета, причем истребителя. Оставшись калекой, летчик все равно рвался в небо, в бой. И побеждал.

Оцените статью
Все о книгах